March 9th, 2015

Закат через траву (фотоурок)

Однажды, когда я в гараже менял у своей «копейки» мембрану бензонасоса, ко мне подошел сосед – профессиональный фотограф.
– Не своим делом ты занимаешься, – сказал сосед, глядя, как я кручу резинку, размышляя, какой стороной ее приладить.
– Я бы, конечно, с большим удовольствием взял фотоаппарат и пошел бы снимать, – сказал я.
– И это не твое дело! – сказал сосед. Он не выносил, когда я начинал разговоры о фотографии, считая ниже своего достоинства давать советы любителям.
– Да ладно! – сказал я, начиная закручивать крышку насоса. – У меня мечта есть – снять засохшее дерево на фоне закатного неба. Это грустно, но красиво.
– Это может снять каждый дурак, если попадет в нужное место в нужное время. А вот попробуй снять закат через траву!
– А что тут сложного? – удивился я. – Лег на живот и щелкнул.
– Ну-ну! – хмыкнул сосед и ушел в свой гараж.

Иметь фотографию засохшего дерева на фоне грустного неба – это была моя навязчивая идея. Нет, не для размышлений, типа, memento mori. Тяга ко всему засохшему была связана с Горелым болотом, куда меня не пускала бабушка, говоря, что там змеи, трясины и всякая нечисть. Я видел, что там, за оставшейся еще с войны колючей проволокой, среди рыжих кочек с мертвой травой, торчали одинокие засохшие березы. Они манили, казалось, что около берез растет сладкая голубика и еще там очень спокойно, потому что даже лесозаводские хулиганы не рисковали появляться в этих гиблых местах.

Когда я вырос и стал жить один, то вдруг понял, что могу повесить на стены все, что мне нравится. В Измайловском парке я купил картину, где на засохшей березе сидела огромная ворона, обозревавшая темное осеннее небо и унылое болото.
– И что ты думаешь, глядя на это? – спрашивали меня.
– Ничего! – отвечал я. – Оказывается, что есть места, где грустно, но меня там нет.

А потом у меня появился хороший фотоаппарат. Через неделю я любовался на экране компьютера засохшим деревом на фоне красного закатного неба. А трава... а вот трава у меня не получалась. Все силуэты на фотографии должны быть четкими, а с травой были проблемы. Четким был только один ряд травинок, а все, что росло до этого ряда и после него, было размытым.
– Вот же зараза! – ласково вспоминал я соседа по гаражу. – И как же это снять?
Решение пришло на обрывистом берегу озера. За последним рядом травинок ничего не росло, а передние я примял курткой. Шедевра не получилось, но тайна была разгадана.

Теперь надо как-то философски закончить это рассказ. Например, про удовлетворение желаний, после чего смысла жизни становится все меньше. Или про настырность, приводящую к цели. Или про наш быстрый век, оставляющий так мало времени на всякую чушь. Или про вечернее небо и засыхающую летнюю траву, при виде которой в голову приходят грустные мысли.

Впрочем, можно и без философии. Поделился маленькой хитростью и ладно. Может кому-то это пригодится.

2015-03-07-03

Жажда ненужных знаний

За стенами лабораторного корпуса заканчивался развитой социализм, а в подвале этого корпуса мы с Борей ремонтировали японский компьютер размером с пианино. Из компьютера тянулись провода, мигали зелеными лучами осциллографы, на полу лежали огромные бумажные схемы, Боря паял, а я сидел в кресле и думал.
– Ты химик, а паяешь лучше меня! – сказал я.
– Так сколько я усилителей спаял для дома и семьи! – ответил Боря, вытаскивая пинцетом очередную микросхему. – Все знания пригождаются.
– А зачем тебе знания забугорного кино?
– Умные разговоры поддерживать!
– А зачем ты вчера Ленина перечитывал?
– Хотел понять, что такое НЭП.
– Зачем?
Боря положил паяльник, подул на плату с микросхемами и повернулся ко мне.
– У меня есть жажда ненужных знаний. С ними мне как-то увереннее жить.
Collapse )

А на фото — встреча весны и зимы.

2015-03-09-01