October 14th, 2014

Коротко

2014-10-03-04

Фрагментарность
Даниилу Гранину 95! А он еще пишет!
Интересно, что он сменил стиль: стал писать фрагментарно. Как будто ведет блог.
– А что такого? – говорит Гранин. – Мы же смотрим новости по ТВ, где все фрагментарно, и нас это не раздражает.
Мне нравится его последняя книга «Человек не отсюда». А физиком я стал после его повести «Иду на грозу».

Паллиатив
Чудесное слово – «паллиатив»! Им можно прикрыться, как плащом ((фр.palliati – покрывало, плащ). Не идет повесть, рассказ – тогда ты пишешь отрывки и убеждаешь себя, что это паллиатив. Непонятно, почему это ты называешь паллиативом, но слово красивое, и тебе становится спокойнее.

Зимняя бинарность
Зимой все будет бинарное: тепло-холодно, белое-черное. Серо-бурый скучный ноябрь будет готовить нас к таким контрастам.

Маленькие хитрости
Если в любой суп нарезать соленый огурец, то получится рассольник.

Соблазн
Большой соблазн начать покупать полуфабрикаты. Это будет шаг вперед или назад?

Китайский ресторан
Уже пятый год два раза в неделю я хожу на ланч в китайский ресторанчик. Почти всегда беру вареный рис и говядину с овощами в кисло-сладком соусе. Не надоело!
– Туда добавляют усилители вкуса! – пугают меня.
Ну почему все вкусное вредно!

Капица
Петр Капица написал Сталину много смелых писем. Сталин не отвечал, и Капица решил перестать ему писать. Тогда Маленков позвонил Капице и сказал: «Почему вы не пишете Сталину, он ждет новых писем». И односторонняя переписка возобновилась. ( из книги Гранина «Человек не отсюда»).
Всегда уважал Петра Капицу и Николая Семенова — основателей МФТИ.

Ностальгия
У меня только одна ностальгия. Странная виртуальная ностальгия. По временам, которые я пропустил. Ностальгия по советской физике 50-60-х годов. Тогда ученые должны были быть механиками, стеклодувами, инженерами, радиотехниками, математиками, программистами, машинистками, чертежниками, фотографами... Все делалось буквально на коленках, но никто не жаловался. Приборы, которые сейчас покупаются за миллионы долларов, собирали сами. Но все работало, а если не работало, то мгновенно ремонтировалось. И постоянно улучшалось. Из огромных самописцев выползали широкие, перфорированные по краям ленты, на рыжей миллиметровке строили графики, на столах лежали кипы бумаг, научные журналы и колоды перфокарт.
Сейчас все это заменяет тоненький планшетник, помещающийся в кармане куртки.
Удобно? Да! Но исчезла какая-то романтика.